?

Log in

No account? Create an account

Забавно, что...

живой журнал общества Вольных Кастоправов

после просмотра "утомленные солнцем-2"
kastopravda
все простится Михалкову
коль еще не прощено...
а народная молва -
не кино. увы, слова.

(no subject)
kastopravda
Сидит, значит, кастоправ за компьютером, вина хлебнул, почту проверил, по текстикам мышкой потыкал, и снова задумался. Смерть, слава, ближние, дальние... Вот из небытия - жизнь, из времени - окрест. Все эти рубежи, потери, новые позиции. И дирижабли. Они парят, размечая пространство. Единовременность разнонаправленных процессов, наноконфликты, в угоду моде, война, для тех, кто понимает. Спроси яндекс, когда настанет мир, он ответит что-то про апокалипсис. А если человечество перееблось, то, непременно, речь о поэзии. С координатами все в порядке. Тогда, Б-6.

Анастасия Романова. "Если там нет никого".
kastopravda
Новый цикл стихов Анастасии Романовой "Если там нет никого" опубликован на Кастоправде.

в саду соловей-робот был вполне достоверен
сыр из пластмассы, бесплатный, у входа
в ресторане только вода
в остальном без подстав
очередь двигалась
виски надежен в кармане
люди кругом, за спиной
твердый голос знакомого искусствоведа
словом тусовка
все шло спокойно
как на ухоженном кладбище

только,
слева вверху филонов замироточил


читать все >>>

Андрей Полонский. "Но я опять в бегах..."
kastopravda
Цикл стихов Андрея Полонского "Но я опять в бегах" опубликован на Кастоправде.


За спиной у меня тишина и знаки,
Веет ветер, струится речь,
Никого надежней моей собаки,
Чем надеяться, лучше выпить и лечь.
Кто- то занят пчёлами, кто-то делом,
Один уходит к ночи, другой – поутру,
Они пишут на доске имена свои мелом,
Я проснусь, узнаю их и сотру.
Играют в карты, продолжают роды,
Выходят на площадь, целятся, но в просак,
Хорошо, разумеется, постичь свою природу,
В классическую эпоху оказаться на небесах.
Гусадарствующие идиоты имеют место,
Шампанское льётся рекой, но обнаружилась течь,
История продолжается, однако у ней сиеста,
Так что нет никаких сомнений, лучше выпить и лечь.
Московское метро построено по алхимическому плану,
Один беден как Бернс, другой богат как Крез,
Они мне объясняют, как попасть в нирвану,
Пошлю-ка я их всех в Химкинский лес.
Там в лесу воют волки косматые с топорами,
медведи с вилами, мужики с вином,
ходят-бродят, посмеиваются над государственными делами,
кто против нас, тот не с нами, - опять облом.
А мне еще один раз обломился кусок пыльного лета,
Кислая сигарета, волосы ниже плеч,
Из всех религий - постель, которая телом согрета,
Остается только раздеться. Выпить и лечь.


читать все >>>

Андрей Полонский. НА ГРЕБНЕ ПОТОКА.
kastopravda
Эссе Андрея Полонского "На гребне потока. Поправка ко всем толкованиям, теориям и интерпретациям." опубликовано на Кастоправде.

..."Убежденность в надежности своей версии мировидения полезна для людей. Только так можно почувствовать жизнь со-бытием, то есть чем-то важным, соответствующим основному течению бытия. Но здесь же заключена и главная опасность. В пределах “своего” пейзажа ты с удовольствием любишь, дружишь, воспринимаешь другого как собеседника и сотрапезника. Но там, за реками, за горами, живут люди с песьими головами, им непонятен твой пафос и твои надежды. Они постмодернисты, обскурантисты, сторонники теории Хаусхоффера или другие неофашисты. Пиши им письма, сочиняй на них памфлеты, влюбляйся в их девушек – все одно, тебе никогда до них не достучаться. Впрочем, как и им до тебя."

>>> читать все

Анастасия Романова. "Каменная роза".
kastopravda
Как говаривал хозяин закусочной близ центра Помпиду, болгарин, превосходно владеющий русским и еще пятью языками, городов, в которых стоит пожить, на самом деле не много, их можно сосчитать по пальцам. Париж, где он остановился, проведя несколько лет в Стамбуле, и собираясь через год-другой ощутить Нью-Йорк, несомненно, город, который доставляет наиболее острое удовольствие. Самая известная и загадочная столица мира, породившая сотни мифов и образов самой себя, по-прежнему остается магнитом, притягивающим людей, разбрасывающим их по улицам причудливым рисунком намагниченной плоти. Париж, воплощенный в камне домов, набережных и мостовых, подобен цветку, чьи соки и ароматы - бесконечный источник чувств. Эссе Анастасии Романовой "Каменная роза" опубликовано на Кастоправде, в западной касталии.

Размышления Фиделя Кастро
kastopravda
На форуме Кастоправды опубликованы некоторые материалы рассылки Prensa Cultura "Размышления товарища Фиделя Кастро". По мере поступления новых писем, они будут также публиковаться, пока же есть 12 поводов для сопутствующих размышлений и споров.

Живопись и власть. Заметки о Втором русском авангарде.
kastopravda
Статья Сергея Ташевского "Живопись и власть: Заметки о Втором русском авангарде" опубликована на Кастоправде.

На Москву спускается ночь, безлюдная октябрьская ночь начала 60-х. В холодной комнате одного из бараков на дальней окраине города сидит несколько человек, страстно спорящих о чем-то. Комната довольно большая, но устроились они в самом углу, потому что все остальное пространство завалено кусками фанеры и оргалита, занято табуретками, старыми стульями и продранным диваном, на которых едва удерживаются жестянки с красками и опасно кренится трехлитровая банка с «отмокающими» кистями. И, конечно, всюду картины. Они стоят на полу у стен, изящно опираются на спинки стульев, лежат плашмя на шкафу, а две или три, возможно, самые драгоценные, примостились наверху, под низким потолком.
Спор не утихает, в нем звучат знакомые всей Европе и Америке имена: Уорхелл, Поллак, Малевич…
Это – мастерская Михаила Гробмана в поселке «Текстильщики», она же по совместительству выставочный зал для него и его друзей, через который каждый день проходят десятки случайных и не-случайных зрителей. Иные остаются здесь до утра. Поэтому комната в коммуналке для них также клуб, спальня и пиршественная зала. Голая «сорокасвечевая» лампочка под потолком освещает разговор, едва уделяя чуточку света картинам, на которых даже в полумраке видно что-то необычное: выпуклые мазки и яркие контуры складываются в геометрические фигуры, в силуэты и лица людей. На скамейке, стоящей между спорщиками – початая бутылка водки (под столом уже стоит одна выпитая, на подоконнике – две полных), граненые стаканы, раскрошенный кусок хлеба, открытая банка кильки и еще пустая консервная плошка, вместо пепельницы. Настоящий пир в интерьере шестидесятых. Разговор только начинается, и продлится он почти до рассвета. Будут обиды и примирения, будет спета не одна песня, процитировано наизусть не одно стихотворение. А потом все разойдутся по своим мастерским – у кого они, конечно, есть. Чтобы, придя в себя к полудню, взяться за кисть, и нырнуть в пространство вчерашнего разговора «с той стороны», со стороны холста. И, кажется, так будет всегда. Обычный вечер и обычная ночь для художников, которых спустя несколько десятилетий назовут «Вторым русским авангардом», чьи картины будут продаваться за миллионы долларов…


читать полностью >>>

МУЗЫКА И ВЛАСТЬ. Альфред Шнитке, Софья Губайдулина, Эдисон Денисов.
kastopravda
На Кастоправде опубликована статья Сергея Ташевского "Музыка и власть".

9 марта 1953 года Москва прощалась с вождём мирового пролетариата Иосифом Сталиным. Улицы и бульвары были переполнены серой толпой, медленно текущей в сторону Кремля. И вдоль этой толпы незаметной щепкой, плывущей против течения, перемещался гроб и небольшая траурная процессия, человек в двадцать или тридцать – музыкантов и друзей, провожавших к вечному покою величайшего русского композитора XX века, Сергея Прокофьева. В день похорон Сталина идти за этим гробом решились немногие, но почти все их имена сегодня ассоциируются с классикой русской музыки: Дмитрий Шостакович, Геннадий Рождественский, Эдисон Денисов… Это не было для них протестом. Это был единственно возможный выбор, который мог обойтись очень дорого. Но иного им не давала музыка.
Музыка – одно из самых абстрактных искусств – всегда вызывала у советских властей наибольшую настороженность, потому что её язык казался куда более непонятным, нежели такой ясный (пусть и трижды иносказательный) язык литературы или живописи. Что хочет сказать композитор? Не кроется ли в этих нотах протест? Композиторов было принято «держать на коротком поводке», пропуская их через бесконечные комиссии и худсоветы. И этот поводок был тем короче, что сам композитор не мог обойтись без поддержки власти. Тот же литератор или художник, даже скульптор – что им стоит уединиться в мастерских или кабинетах, демонстрируя своё искусство для избранных? Но симфонический оркестр не спрячешь в подполье, и у партитуры нет никаких шансов перелиться в звук, если власти не дали на это добро. Сам воздух русских филармонии и консерватории середины XX столетия был наполнен стойким запахом компромисса. Пристойные, скучные собрания, монотонное обсуждение «народности» и «партийности» различных сочетаний нот, а за кулисами шла борьба за право существовать в музыке. За право её писать и исполнять.
В этой борьбе одни навсегда (а думали, что на время) отрекались от собственного таланта, другие становились изгоями и теряли лучшие годы музыкальной жизни. Везло единицам. Впрочем, везение было помножено на талант и веру в ту стихию, которой они служили. А стихия эта издревле считалась мистической, граничащей с магией и чернокнижием. И порой она наносила неожиданные удары. Великий Шостакович, Седьмой симфонией в разгар войны вливший силы в блокадный Ленинград, а теперь вынужденный униженно ждать разрешения чиновников на исполнение своих произведений, возможно, знал об этой дремлющей силе лучше других и старался удерживать её под контролем, но тщетно. Однажды на глазах молодых композиторов, среди которых был и Альфред Шнитке, во время генеральной репетиции его Четырнадцатой симфонии случилось событие, потрясшее многих.

Читать полностью >>>

Яна Юзвак. "Сюр-ля-Крым".
kastopravda
Подборка стихов Яны Юзвак "Сюр-ля-Крым" опубликована на Кастоправде.

* * *
я обещала, что не буду

пить, петь, Будду почитать за чудо,
потому что есть и другие пророки нашего века
Рэмбо, Рокки, их млечные реки,
полный бред Пит, Индиана Джонс, выдуманные греки
я обещала им
...
к тому же начало положило слово
имам и маму положить готовый
за зло за слово и на лопатки
а с мамы, знаешь ли, взятки гладки

ну, Иудея, ну, гетто в Польше
кто обещал, что не будет больше,
белое небо, больное чудо,
чур-меня, манна, и чур, Иуда

Ты обещал мне, что будет просто:
рысь, рысаки, дикий остров, ГОСТы
гости на этой земле погостом
гады, гаремы и Холокосты

Ты обещал им, имам, и март,
может быть, водки, воли, варенья.
но на дворе, бля, имам, поп-арт,
жопами дышат, бля, на дворе, бля.

я слышала:

«ты обещал мне, блин,
не курить,

не глазеть на “куриц” со “стрингами” в жопе
жалко, что в небе так мало птиц
ты обещал мне любовь в полёте»

я говорила:

рифма — что курдистанская курва:
сражается за потерянный мир
урвать бы потерю тебе у курдов,
урвать бы у мира тебе, эмир...


читать все >>>